Переименование столиц: кому это надо? азия и африка

Как африканские страны меняли свои названия. Досье

ТАСС-ДОСЬЕ. 19 апреля король Свазиленда Мсвати III объявил о переименовании страны в Королевство Эсватини (Kingdom of eSwatini). Новое название государства на местном языке свати означает «земля народа свази».

Редакция ТАСС-ДОСЬЕ подготовила материал о случаях изменения названий африканских государств в период после обретения ими независимости.

31 мая 1961 года Южно-Африканский Союз (создан в 1910 году в результате объединения британских колоний в южной Африке) был переименован в Южно-Африканскую Республику. Одновременно государство объявило о своей независимости от Великобритании и выходе из британского Содружества (вновь вступило в него в 1994 году после окончания режима апартеида).

27 октября 1971 года Республика Конго (получила независимость от Бельгии в 1960 году) была переименована в государство Заир.

«Заир» — одно из старых названий реки Конго, произошедшее от слова nzere (на языке киконго «река, поглотившая все реки»). Это решение принял глава государства Мобуту Сесе Секо (1971-1997) в рамках провозглашенной им политики «заирской подлинности».

После его свержения в 1997 году страна получила современное название — Демократическая Республика Конго.

30 ноября 1975 года Республика Дагомея (получила независимость от Франции в 1960 году) была переименована в Народную Республику Бенин (по названию древнего царства, существовавшего в низовьях реки Нигер в XV-XIX веках).

Обратите внимание

Это было обусловлено решением главы государства — подполковника Матье Кереку, который пришел к власти в результате военного переворота в 1972 году.

В 1990 году после либерализации политического режима и демонтажа однопартийной системы из названия страны было убрано слово «народная», и с тех пор государство носит название Республика Бенин.

4 декабря 1976 года было объявлено о переименовании Центральноафриканской Республики (получила независимость от Франции в 1960 году) в Центральноафриканскую Империю.

Это произошло по решению президента Жана-Беделя Бокассы, пришедшего к власти в результате военного переворота 31 декабря 1965 года и управлявшего государством фактически единолично. В декабре 1977 года Бокасса был коронован как император Бокасса I.

В сентябре 1979 году он был свергнут в ходе операции французского десанта, а страна вернулась к республиканской форме правления и прежнему названию — Центральноафриканская Республика.

1 июня 1979 года Южная Родезия (бывшая колония Великобритании, в 1965 году провозгласила независимость, которую не признало ни одно государство мира) была переименована в Республику Зимбабве-Родезия.

Слово «Родезия» происходит от имени организатора английской колониальной экспансии в Южной Африке Сесила Родса, «Зимбабве» — название африканского средневекового города на юго-востоке страны. Новое название отражало компромисс между правительством белого меньшинства во главе с Яном Смитом и лояльными ему африканскими организациями.

После того как правительство в феврале 1980 года возглавил Роберт Мугабе, страна добилась независимости и приняла новое название Республика Зимбабве.

4 августа 1984 года Республика Верхняя Вольта (получила независимость от Франции в 1960 году) была переименована в Буркина-Фасо, что в переводе с языков мооре и диула означает «страна честных людей».

Название было изменено в годовщину государственного переворота 1983 года, когда после череды военных диктатур к власти пришли молодые армейские офицеры во главе с капитаном Тома Санкара, начавшие программу широких социальных преобразований.

Источник: https://tass.ru/info/5144529

Новая волна переименований: кому и зачем это надо?

Переименованием всего и вся в Казахстане занялись сразу после обретения республикой независимости. Причем специалистом по ономастике мнил себя каждый, у кого хватало более-менее влияния и средств на то, чтобы увековечить имена своих близких и родственников.

 Этот процесс был настолько бессистемным и беспорядочным, что в 2008-м власти были вынуждены наложить мораторий на переименования, который был снят в начале прошлого года после подписания главой государства закона об ономастике.

С того момента страну охватила новая волна споров о том, надо ли массово избавляться от привычных названий (что, помимо всего прочего, требует и огромных финансовых средств). Однако какой-то конкретной формулы по упорядочению этой деятельности, похоже, до сих пор не выработано.

Важно

Во всяком случае, ничего внятного по этому поводу компетентные органы не говорят. К примеру, выступивший на днях вице-министр культуры РК Жанай Омаров лишь сообщил: «Возвращение прежних исторических имен нашим населенным пунктам, географическим объектам — это очень важный вопрос. Работа предстоит большая.

Пропорций нет, и устанавливать их никто не будет. Но важно то, что все казахские названия, имеющие историческое и духовное значение, должны быть возвращены стране и народу»… Вполне возможно, что опасения скептиков в данном случае оправданны.

Ведь риск того, что процесс возвращения населенным пунктам их «исконных названий» окажется таким же беспорядочным и безграмотным, как и раньше, очень высок. Да и трудно, а порой невозможно установить, какое название является исконным.

Следовательно, велика вероятность общественных волнений (как в случае с попытками переименовать Петропавловск в Кызылжар) и даже межэтнических конфликтов. Учитывая это, мы обратились к казахстанским экспертам с просьбой ответить на вопросы: по какому принципу должно происходить переименование географических объектов, и насколько верна политика государства в области ономастики?  

Мурат Абулгазин, старший аналитик Агентства по исследованию рентабельности инвестиций (АИРИ):

«Необходимость изменения названий городов северных, западных и восточных регионов Казахстана сомнительна»

— В истории человечества всегда имела место практика переименований населенных пунктов, которые происходили после их аннексии иностранными войсками или просто смены власти в государствах. Это считалось необходимым идеологическим и политическим актом утверждения новых «хозяев» или правителей в глазах населения страны и соседей.

Сей опыт переняли большевики, пришедшие к власти в России в 1917 году, и их наследники. Тогда эпидемия переименований охватила самые разнообразные объекты — города, села, улицы, организации, чины и т.д. Отменялись любые названия, которые могли напоминать простому люду о «ненавистном» прошлом, о царских временах.

Взамен представители новой власти давали этим объектам исключительно революционные названия и имена, вплоть до собственных. А вскоре началась «раскрутка» вождей СССР во главе со Сталиным (почти до обожествления), вследствие чего пошло тотальное присвоение их имен крупным городам, предприятиям и организациям.

Затем позорной страницей истории переименований стала кампания русификации населенных пунктов в Поволжье и Крыму после насильственного выселения немцев, татар, греков и балкарцев. Позже были хрущевская оттепель, брежневский застой и горбачевская перестройка, которые внесли свои казусы и анекдоты в историю советских переименований.

После 1991 года в ельцинской России этот процесс получил продолжение, но теперь он был направлен на отказ от коммунистического прошлого и восстановление атрибутов, символов и имен царской империи. Поэтому неудивительно, что в 20-м веке немалое количество объектов в России по нескольку раз меняли свои названия. Это создавало финансовые проблемы бюджетам и неудобства населению.

Совет

Естественно, что в новых геополитических условиях другие бывшие республики СССР, стремясь утвердить свою независимость, тоже организовали у себя кампании по переименованию. Они отказывались от коммунистических названий в пользу своих национальных героев и знаменитостей. Не остался в стороне и Казахстан.

Надо признать, что здесь резонно сохранили имена деятелей, внесших вклад в жизнь казахов (Брусиловский, Янушкевич). Но не обошлось и без издержек, которые вызвали определенное напряжение в обществе. Прежде всего, речь идет о переименовании населенных пунктов с преимущественно русскоязычным населением.

Как показывает мировая история, подобное явление, приобретающее массовый характер, возникает в тех странах, которые переживают так называемый переходный период со сменой власти, идеологии и политики.

Сегодня к ним можно отнести республики бывшего СССР, причем в них (несмотря на то, что они уже почти четверть века живут в условиях независимости) до сих пор сохраняется практика резких «революционных» подходов и решений даже в самых деликатных сферах.

Это при том, что все они заявляют о своей ориентации на цивилизованный мир, в котором царствует уважение и толерантность к истории, в том числе и к весьма неоднозначным ее персонажам.

В этой связи я считаю, что возвращение исторических названий населенным пунктам и географическим объектам Казахстана должно осуществляться аккуратно, объективно и без «национал-большевистской» страсти, которую, к сожалению, продолжают демонстрировать госчиновники и деятели от политики.

Все мы знаем, что в республиканских и местных органах власти всегда находятся «чинуши-патриоты», которые даже в таких делах любят заниматься показухой, статистикой и пиаром, тем самым подрывая авторитет власти и казахского народа. Необходим учет политических, идеологических и культурных интересов всех социальных слоев, этносов и конфессий, проживающих в настоящее время в данной местности.

К примеру, весьма сомнительной представляется необходимость кардинального изменения названий городов северных, западных и восточных регионов Казахстана, которые в большинстве своем были заложены русскими войсками или существуют под такими названиями более 200-300 лет. Ведь, помимо всего прочего, с этими наименованиями связаны огромный период и огромный пласт казахской истории.

Обратите внимание

Возможно, что примером, как всегда, стала Россия, на которую с удовольствием «катят бочку» наши национальные патриоты, при этом не стесняясь повторять ее же «заморочки» и «замашки», в том числе большевистского или популистского толка. Имеются в виду частые переименования городов в стремлении вычеркнуть из памяти людей то царское, то советское, то даже «хрущевское» или «ельцинское» прошлое.

Так, Санкт-Петербург стал Петроградом (на волне антигерманских настроений, вызванных началом первой мировой войны), затем Ленинградом и опять Санкт-Петербургом. Не удивлюсь, если ему снова вернут имя Ленина. Или вот, скажем, Царицын стал Сталинградом, затем Волгоградом, а теперь поднимается вопрос о возвращении городу названия «Сталинград».

Ясно, что все это делается для подъема патриотического духа или, правильнее будет сказать, оживления исторической памяти населения России в условиях обострения ее отношений с Западом. Но даст ли это что-нибудь реальное молодым поколениям, кроме путаницы? Кстати, необъективное отношение к истории можно наблюдать почти во всех бывших республиках СССР.

К примеру, в России постоянно говорят о татаро-монгольском иге, забывая, что в этот период происходил расцвет православия и ее культуры. Украинцы и грузины в годы независимости вдруг заговорили о колонизации со стороны России, начисто забыв подробности своего процветания под протекцией грузинского и украинского лобби в Москве. Впрочем, чему тут удивляться, ведь все мы из «совка».

И вообще, активное муссирование этой темы в настоящее время вызывает серьезные вопросы, на которые трудно найти ответы. Например, что дадут переименования с точки зрения политики, экономики, международного авторитета Казахстана, воспитания патриотизма? Поможет ли это вернуть казахскую молодежь в родные города и особенно в село? Позволят ли новые шаги в данном направлении сплотить население страны и сохранить стабильность в ней? За 23 года независимости история казахского народа получила достаточно полное отражение в названиях улиц и отдельных населенных пунктов. Думаю, что многовековая жажда к независимости и «юношеское» стремление к самоутверждению уже удовлетворены. И теперь прежние резкие подходы уже не будут красить «повзрослевшую» страну, а, кроме того, в нынешней геополитической ситуации в мире и на постсоветском пространстве они таят в себе еще и провокационную опасность. Как наглядно показывают события в Украине, любая страна, где обострены социальные, межэтнические и межконфес­сио­нальные отношения, легко может оказаться жертвой борьбы между мировыми центрами силы. Поэтому политическая стабильность, о чем часто говорит президент Казахстана, — это действительно реальная ценность, которую нужно беречь.  

Анар Фазылжанова, заместитель директора Института языкознания имени А.Байтурсынова:

Читайте также:  Что мы увидим там, за гранью?

«Топонимы — это не просто названия населенных пунктов, но и мощнейшие идентификаторы»

— Чтобы проводить реформы в ономастическом пространстве, необходимо четко определить приоритеты, для чего это делается и насколько это будет полезно нашему обществу. Тем более если вопрос касается переименования населенных пунктов. Это очень непростой и важный процесс, очень значимый для нашего народа, для его духовного развития.

Почему? Потому что названия поселений, городов — один из основных идентификаторов (механизм формирования национальной идентичности). Иначе говоря, если мы хотим создать общество, которое идентифицирует себя со своей страной, культурой, то следует учитывать все эти моменты. Сколько бы ни говорили, что у нас много национальностей и конфессий, Казахстан является унитарным государством.

Базовой его культурой была и будет культура казахского народа. Именно он является государствообразующим этносом с высокой миссией консолидации вокруг себя представителей других диаспор, проживающих на территории нашей единой страны. И именно ему испокон веков принадлежала и принадлежит территория Казахстана. Это доказывают старые названия аулов, городов, рек, озер и т.д.

И если мы начнем возрождать все эти исторические названия, то тем самым будем закреплять принадлежность этих территорий к Казахстану, а не к какой-то губернии царской империи. Именно во времена колонизаторства у нас и появились новые названия поселений, которые звучали не по-казахски (например, Павлодар).

Важно

Причем данный процесс будет эффективным и плодотворным в том случае, если он будет осуществляться параллельно с процессом национального возрождения, возрождения культуры. Самое интересное, что это мы сейчас и наблюдаем. И не надо путать данный процесс с казахским национализмом. Следует смотреть на вещи глобальнее. Это есть этнизация. Его локальное отражение в Казахстане называется казахизацией.

Сегодня этнизация происходит во всем мире, во всех государствах. Это нормальное явление, естественный ответ на глобализацию. В природе ничего не существуют однобоко. Если есть какая-то сила, то в противовес ей обязательно появляется другая сила. То есть в ответ на экономическую интеграцию зародилась противостоящая тенденция, которая называется этнизацией.

В ее основе лежит заинтересованность в сохранении и преумножении самобытной этнической культуры. Само гражданское общество чувствует, что надо сохранять национальный язык, собственную культуру, чтобы не раствориться в серой потребительской массе. И процесс казахизации нельзя рассматривать локально. Это такая же глобальная тенденция, как глобализация.

Поэтому закономерно, что наше государство реагирует на это и поднимает вопросы ренессанса ономастического пространства. Что касается возвращения названий географических объектов, то это очень трудоемкий процесс.

К этой работе обязательно должны быть привлечены ученые лингвисты-ономасты, историки, культурологи, которые занимаются исследованиями в данной области, и социологи, изучающие общественное мнение.

Плюс необходимо организовать разъяснительную работу в СМИ и интернет-ресурсах для полной осведомленности нашего народа о культурной, этнокультурной, геофизической, исторической основах реанимированных исконных названий тех или иных объектов. Следует также отметить, что ономастические названия делятся на две большие категории: космополитические и национальные.

Когда Лужков, будучи мэром Москвы, приехал в Алматы и увидел рекламные баннеры, таблички и афиши, из его уст вырвалось: «Это трущобы Америки!». И действительно, многие наши кафе, рестораны, объекты торговли имеют иностранные названия, то есть относятся к космополитонимам. Они чужды национальной культуре, поэтому наш житель их не воспринимает. Таким образом, имиджу этих объектов причиняется вред. Если мы хотим сформировать национальную идентичность, то нужно с особой серьезностью относиться к топонимическим названиям. Топонимы — это не просто названия населенных пунктов, но и мощнейшие идентификаторы, способствующие консолидации нашего народа в единое государство с единым будущим.  

Максат Ильясулы, заместитель председателя Казахского национального совета:

«Ономастика имеет прямое отношение к государственной безопасности»

— Казахи издавна придавали важное значение именам, будь то наречение ребенка или название города. Они учитывали смысл имени и его большую роль в будущей жизни. Поэтому даже в ХХІ веке к названиям местностей, городов, районов, областей и улиц мы должны относиться с большим вниманием.

Казалось бы, безобидные, на первый взгляд, наименования могут обрести широкий политический резонанс и выйти на уровень государственной безопасности.

Совет

Например, российский ультра-патриот Эдуард Лимонов заявил: «Скажем, город Уральск, ранее называвшийся Яик, Яицкий городок, бывший, кстати сказать, центром пугачевского восстания, какого черта он должен принадлежать Казахстану? Или Актюбинск, или Петропавловск, или Семипалатинск, или Павлодар или Усть-Каменогорск… Это русские города».

Ясно, что такая ситуация представляет угрозу конституционному строю, территориальной целостности и единству нашего государства.

В эпоху СССР для осуществления господства над малыми народами, идеологического пресса и подавления их национального самосознания принято было давать населенным пунктам названия, не имеющие ничего общего с их национальной принадлежностью, культурой, историей.

Поэтому у нас было достаточно много таких названий, как «Ленин», «Маркс», «Энгельс», «40 лет Октября» и так далее. К сожалению, несмотря на то, что Казахстан стал независимым государством, подобные названия по сей день сохраняются во многих областях. Уже не один год ведутся разговоры о необходимости переименования «Киевки», «Вишневки», «Кондратьевки» и т.п.

, которые не имеют никакого отношения ни к нашей истории, ни к национальности, ни к государственности. Несколько лет назад были озвучены предложения ученых, интеллигенции о переименовании Павлодара в Кереку, Петропавловска в Кызылжар.

Вот что говорит по этому поводу доктор филологических наук, профессор Турсын Журтбай: «Названия Усть-Каменогорск, Павлодар, Петропавловск были даны по указу царя. Для нас эти указы сейчас не действуют! Их можно аннулировать другими указами.

Разве у этих городов нет своих исторических названий?! Усть-Каменогорск — Коктас, Павлодар — Кереку, Петропавловск — Кызылжар…». Ему вторит доктор философских наук, профессор Гарифолла Есим: «Решение о переименовании Павлодара правильное. Павел — ничем не примечательный царь в русской истории. Поэтому нужно вернуть городу его прежнее название — Кереку. Мой дед Есим (он родился 140 лет назад) говорил: «Когда мы были маленькими, Кереку именно так и называли». Необходимо задуматься и над названием города Усть-Каменогорск. Вероятно, Оскемен — это и есть Усть-Каменогорск на казахский лад». Я полностью поддерживаю предложение вице-министра культуры РК Жаная Омарова о возвращении городам, областям, районам их исторических названий. Его поддерживает в целом казахское общество. В прошлом году на Курултае представителей народа обсуждалась данная тема, были выдвинуты соответствующие требования властям. И они должны быть выполнены.  

Сая Шакимурат, жительница Талгарского района:

«Поселок переименовали, а проблемы остались»

— Я каждый день езжу по Талгарской трассе. Отрезок моего пути пролегает вдоль поселка Туздыбастау Талгарского района Алматинской области. Мое внимание всегда привлекает бюст Михаила Калинина, установленный совсем недалеко от дороги. При его виде тут же приходит мысль о том, что ранее поселок носил имя «всесоюзного старосты».

В 1990-е годы населенный пункт переименовали, и теперь он называется по-новому, но проблемы-то остались старые. Рассуждать о том, сколько денег было израсходовано на то, чтобы сменить название, я не стану. Но подозреваю, что немало.

Может быть, следовало потратить эти средства на то, чтобы подвести к домам сельчан воду? Все, кто живет в Талгарском районе, знают: в поселке проблемы с питьевой водой. Люди в наш 21-й век продолжают таскать ее флягами. И делают это в основном либо женщины, либо дети. Похожие сцены я неоднократно видела и в других переименованных поселках нашего района.

Обратите внимание

Может, я не вижу «дальше своего носа», и мне как простому обывателю всего не понять, но как можно расходовать немалые средства на переименования улиц, поселков, городов в то время, когда не решены простейшие вопросы обеспечения жителей водой, газом, электричеством?

Подготовила Сауле Исабаева

Источник: https://camonitor.kz/11957-novaya-volna-pereimenovaniy-komu-i-zachem-eto-nado.html

Список стран Азии со столицами

Бурно развивающийся регион занимает 30% всей земной суши, а это 43 млн км². Простирается от Тихого океана до Средиземного моря, от тропиков до Северного полюса. Он имеет очень интересную историю, богатое прошлое и уникальные традиции. Здесь проживает больше половины (60%) населения всего земного шара – 4 млрд человек! Как выглядит Азия на карте мира, можно посмотреть ниже.

Все страны Азии на картах

Азия карта мира:

Политическая карта зарубежной Азии:

Физическая карта Азии:

Страны и столицы Азии:

Список азиатских стран и их столиц

Карта Азии со странами дает четкое представление об их расположении. Список ниже – столицы стран Азии:

  1. Азербайджан – Баку.
  2. Армения – Ереван.
  3. Афганистан – Кабул.
  4. Бангладеш – Дакка.
  5. Бахрейн – Манама.
  6. Бруней – Бандар-Сери-Бегаван.
  7. Бутан – Тхимпху.
  8. Восточный Тимор – Дили.
  9. Вьетнам – Ханой.
  10. Гонконг – Гонконг.
  11. Грузия – Тбилиси.
  12. Израиль – Тель-Авив.
  13. Индия – Дели.
  14. Индонезия – Джакарта.
  15. Иордания – Амман.
  16. Ирак – Багдад.
  17. Иран – Тегеран.
  18. Йемен – Сана.
  19. Казахстан – Астана.
  20. Камбоджа – Пномпень.
  21. Катар – Доха.
  22. Кипр – Никосия.
  23. Киргизия – Бишкек.
  24. Китай – Пекин.
  25. КНДР – Пхеньян.
  26. Кувейт – Эль-Кувейт.
  27. Лаос – Вьентьян.
  28. Ливан – Бейрут.
  29. Малайзия – Куала-Лумпур.
  30. Мальдивы – Мале.
  31. Монголия – Улан-Батор.
  32. Мьянма – Янгон.
  33. Непал – Катманду.
  34. Объединенные Арабские Эмираты – Абу-Даби.
  35. Оман – Маскат.
  36. Пакистан – Исламабад.
  37. Саудовская Аравия – Эр-Рияд.
  38. Сингапур – Сингапур.
  39. Сирия – Дамаск.
  40. Таджикистан – Душанбе.
  41. Таиланд – Бангкок.
  42. Туркмения – Ашхабад.
  43. Турция – Анкара.
  44. Узбекистан – Ташкент.
  45. Филиппины – Манила.
  46. Шри-Ланка – Коломбо.
  47. Южная Корея – Сеул.
  48. Япония – Токио.

Кроме того, есть частично признанные страны, к примеру, отделившийся от Китая Тайвань со столицей Тайбэй.

Читать еще:  Капские горы: чудеса Южной Африки

Достопримечательности азиатского региона

Название имеет ассирийское происхождение и обозначает «восход» или «восток», что неудивительно. Часть света отличается богатым рельефом, горами и пиками, в их числе высочайшая вершина мира – Эверест (Джомолунгма), входящая в состав горной системы Гималаи.

Здесь представлены все природные зоны и ландшафты, на ее территории находится самое глубокое озеро мира – Байкал. Страны зарубежной Азии в последние годы уверенно лидируют по количеству туристов. Загадочные и непонятные для европейцев традиции, религиозные сооружения, переплетение древней культуры с новейшими технологиями влекут любознательных путешественников.

Читайте также:  Когда пойти в большой театр?

Не перечислить все знаковые достопримечательности этого региона, можно лишь попытаться выделить самые знаменитые.

Тадж-Махал (Индия, Агра)

Романтический памятник, символ вечной любви и великолепное сооружение, перед которым в оцепенении замирают люди, – дворец Тадж Махал, внесенный в список семи новых чудес света. Мечеть возведена потомком Тамерлана Шах-Джаханом в память об умершей супруге, которая скончалась в родах, производя на свет 14-го ребенка.

Тадж-Махал признан лучшим образцом Великих Моголов, включающим в себя арабский, персидский и индийский архитектурные стили. Стены сооружения выложены из полупрозрачного мрамора и инкрустированы самоцветами.

В зависимости от освещения камень меняет оттенок, становясь на заре розовым, в сумерках – серебристым, а в полдень – ослепительно белым.

Гора Фудзияма (Япония)

Это знаковое место для буддистов, которые исповедуют синтаизм. Высота Фудзиямы 3776 м, по сути, это спящий вулкан, который в ближайшие десятилетия не должен проснуться. Он признан самым красивым в мире.

На гору проложены туристские маршруты, действующие только летом, поскольку большая часть Фудзиямы покрыта вечными снегами.

Сама гора и местность «5 озер Фудзи» вокруг нее входят в территорию Национального парка Фудзи-Хаконэ-Идзу.

Великая Китайская стена

Крупнейший архитектурный ансамбль мира протянулся по Северному Китаю на 8860 км (включая ответвления). Строительство Стены шло в III веке до н.э. и имело целью защитить страну от завоевателей хунну.

Десятилетие тянулась стройка, около миллиона китайцев работали на ней и тысячами гибли от изнурительного труда в нечеловеческих условиях. Все это послужило поводом для восстания и свержения династии Цинь.

Стена чрезвычайно органично вписана в ландшафт, она повторяет все изгибы отрогов и впадин, опоясывая горную цепь.

Читать еще:  Святыни русского православия в декорациях Сергиева Посада

Храм Борободур (Индонезия, о. Ява)

Среди рисовых плантаций острова возвышается древнее гигантское сооружение в виде пирамиды – самый большой и почитаемый буддийский храм в мире высотой 34 м. Наверх ведут ступени и террасы, опоясывающие его. С точки зрения буддизма, Борободур – не что иное, как модель Вселенной.

Его 8 ярусов знаменуют собой 8 ступеней к просветлению: первая – мир чувственных наслаждений, следующие три – мир йогического транса, что вознесся над низменным вожделением. Поднимаясь выше, душа очищается от всего суетного и обретает бессмертие в небесной сфере.

Верхняя ступень олицетворяет нирвану – состояние вечного блаженства и покоя.

Золотой камень Будды (Мьянма)

Святыня буддистов красуется на горе Чайттийо (штат Мон). Его можно расшатать руками, но никакие силы не смогут его скинуть с его пьедестала, за 2500 лет стихия не обрушила камень.

На самом деле – это гранитная глыба, покрытая сусальным золотом, а его вершину венчает буддийский храм. До сих пор не отгадана загадка – кто его затащил на гору, каким образом, с какой целью и как он веками балансирует на краю.

Сами буддисты утверждают, что на скале камень удерживают волосы Будды, замурованные в храме.

Азия – благодатный край для прокладки новых маршрутов, познания себя и своего предназначения. Сюда нужно ехать осмысленно, настраиваясь на вдумчивое созерцание. Возможно, вы откроете себя с новой стороны и найдете ответы на многие вопросы. Посещая азиатские страны, список достопримечательностей и святынь вы можете составить сами.

Источник: https://globusmira.ru/aziya/spisok-stran-i-ix-stolic.html

«Европа», «Азия» и «Африка» Украины

В Киеве представили исследование аналитического центра Universitas, в ходе которого эксперты оценивали уровень прогрессивного развития регионов Украины.

Согласно исследованию, социальное развитие Украины в 2010 — 2011 годах остается неравномерным: идет речь о доступе граждан к ресурсам, правам и услугам. Больше всего ресурсов, как и раньше, накапливается в Киеве и Киевской области.

Столица, а также Севастополь и Полтавская, Харьковская и Ивано-Франковска области в этом рейтинге вошли в пятерку «развитых» регионов. За ними — как «развивающиеся» — идут 16 регионов, среди которых первые позиции занимают Черкасская, Одесская, Днепропетровская, Луганская области.

Важно

Самыми развитыми по всем показателям — благосостояние, безопасность, экономическое развитие, уровень медицинского обслуживания, охват учебными заведениями (всего 15 индикаторов) — оказались Тернопольская, Черновицкая, Сумская и Волынская области.

— Исследования показывают, что граждане не замечают роста экономики, о котором заявляет власть.

Создается впечатление, что государственная политика децентрализации с передачей полномочий и соответствующих ресурсов на уровень регионов либо не проводится, либо осуществляется в крайне деформированном виде.

Остается тенденция к поляризации населения на уровне регионов и даже усугубляется из-за хронического затягивания ее решения, а разрыв между городом и селом продолжает расти, — говорит руководитель исследовательских программ аналитического центра Universitas Алексей Якубин.

Некоторые исследователи пришли к выводу, что наименее прогрессивными в социальном смысле являются регионы с минимальной урбанизацией, и наоборот. По мнению политического эксперта центра «Политика» Владимира Цибулько, в данном случае все зависит от самого региона, так как в Украине есть развитые и аграрные области.

— Регионы с высоким уровнем развития включают очень высокотехнологическое и высокорентабельное сельское хозяйство. Например, в Одесской области агропромышленный комплекс является промоутером.

Думаю, что Тернопольская, Черновицкая, Волынская области, а также Донецкая (22-е место в рейтинге) потеряли не из-за этого, а потому, что они становились донорами для других регионов: часть людей не нашла себя и покинула территорию — кто уехал в другие области, кто — за границу, — считает Владимир Цибулько. — По моему мнению, важнейший вывод этого и других исследований таков: в Украине уже сформировался объединенный ареал, «украинский материк», который формирует одинаковый характер и способ ведения хозяйства. В силу смежности территории он будет иметь ускоренные темпы развития по сравнению с другими территориями. Я бы назвал эти области — Киевскую, Полтавскую, Харьковскую — первыми на «украинском материке».

По мнению директора программы «Экономическая политика и бизнес» Украинского института публичной политики Максима Бороды, первые места в этом рейтинге вполне прогнозируемы. Это те выводы, к которым приходило большинство исследований, и, к сожалению, пока еще ничего не меняется.

— В Украине существует три модели регионального развития: условно говоря, устойчивая модель развития — Киев, Севастополь, Харьковская область — это «Европа»; интенсивная модель развития в восточных областях Украины — это «Азия», где мощно развивается индустриальная составляющая, хотя это происходит за счет социальных потерь и нагрузки на окружающую среду; третья — это аграрная территория западных регионов — «Африка» с экстенсивной моделью ведения хозяйства: отсутствие мощного развития промышленности, где сохраняются атрибуты традиционного общества — чистая окружающая среда, лучшая социальная ситуация, более безопасное общество, — говорит Максим Борода.

По его данным, если сравнить различия регионов, то, например, ВВП на душу может отличаться в шесть раз; если взять долю интернет-пользователей — в пять раз; уровень охвата детскими дошкольными заведениями — в два раза; уровень смертности из-за отравления алкоголем — в 20 раз; уровень преступности — в три раза, уровень детской смертности — в два раза. Также, по мнению исследователей, у Киева ныне безоговорочные преимущества, но они — относительны. Ведь если брать ресурсы, которыми владеет столица и уровень ее расходов, то уровень услуг, которые предоставляются населению, мог бы быть значительно выше.

— Если мы возьмем все деньги, которые пошли, в том числе и из государственного бюджета в Киев, Харьков, Донецк и Львов, под организацию Евро-2012, — выйдет очень большая сумма.

Мы ожидаем, что эти расходы будут акселератором общего экономического развития этих регионов, — говорит председатель правления Института экономических исследований и политических консультаций Игорь Бураковский.

— Если подойти формально, то независимо от того, где мы живем, у нас должен быть одинаковый социальный стандарт — образовательные услуги, медицинские и тому подобное. Но у нас система очень искажена. Например, зарплата — это не основной доход, который получают люди. В лучшем случае зарплата составляет 50 — 60%.

Совет

До кризиса в западных областях уровень доходов был выше, чем в индустриально развитых областях, но если смотреть по зарплате, то в восточных регионах она была выше, чем в западных. И сейчас, если взять зарплату и прибавить к ней денежные переводы от мигрантов, то ситуация будет значительно отличаться.

Во всех развитых странах основу государства составляет средний класс. К сожалению, нам еще далеко до формирования такого костяка, и это показывают исследования.

По мнению аналитиков, кроме соответствующего имущественного и образовательного уровней, которые должны присутствовать у представителей среднего бизнеса, во внимание нужно принимать и гражданскую активность — способность организовываться независимо от партийной принадлежности.

То есть самостоятельность, которая начинается с имущественной независимости, должна вылиться в социальное поведение.

— Это касается вопроса образования, занятости, а также включенности в социальные сети. Должны быть условия, чтобы квалифицированные специалисты могли проявить свою гражданскую активность, например на предприятии.

Но если предприятие принадлежит предпринимателю-депутату, то сложно говорить о политической или социальной активности работников. И это тоже создает проблему для развития среднего класса, — убежден Игорь Бураковский.

Специалисты отмечают принадлежность представителя среднего класса к «нации Интернета». Если с каждым годом количество интернет-пользователей в Украине увеличивается, то остается разрыв между образовательным уровнем и уровнем доходов.

— У нас образовательный ценз не совпадает с имущественным, в то время как в развитых странах этой проблемы нет. У представителей среднего класса должно быть самосознание, а это довольно серьезная проблема.

У нас предприниматели, бизнесмены — это одна группа со своими интересами, а врачи и учителя (бюджетная сфера) — другая. И очень часто власть пытается столкнуть их лбами, — говорит Максим Борода. Официальные данные ООН свидетельствует: если человек зарабатывает менее 14 долларов в день, он считается бедным.

Поэтому о формировании среднего класса говорить трудно — для этого государство должно сделать усилие.

Источник: http://day.kyiv.ua/ru/article/obshchestvo/evropa-aziya-i-afrika-ukrainy

Политическая карта мира:

Статья дана в сокращении. Полностью см. 17/2001, стр. 5 — 25

Ах, сколько Атлантид можно увидеть на политических картах!
С.Е. Лец

Вот уже несколько месяцев прошло с завершения XX в., об итогах которого не рассуждал лишь ленивый. Уже выбраны политик века, спортсмен века, книга века и т. д., но, похоже, итоги столетия в области географии пока еще остаются не подведенными.

Как же оценить все те изменения, которые произошли с планетой за последние сто лет ее истории? Ответ очевиден: нужно сравнить состояние того или иного географического фактора в начале и конце века.

Обратите внимание

Как сравнивать? Конечно, можно в виде таблиц или диаграмм, но для географа наиболее наглядным методом будет сравнение географических карт.

Читайте также:  А. сидерский - автор эффективной методики «йога 23». какая польза организму от занятий йогой?

Непостоянны все элементы географической среды. Однако разные географические явления подвергаются изменениям с неодинаковой интенсивностью. Наименьшую правку по сравнению с 1901 г. сейчас нужно вносить в гипсометрические, климатические, геологические карты.

Это действительно так: за прошедший век береговая линия и рельеф нашей планеты изменились мало, эти изменения затронули лишь некоторые, точечные в масштабах Земли, ареалы — Каспийское и Аральское моря, побережье Нидерландов и др.

В ряде случаев несхожесть географических карт, датированных началом и концом века, будет обусловлена не географическими изменениями среды как таковыми, а нехваткой в прежние времена достоверной информации о некоторых элементах географической оболочки. Подобным образом различия геологических или тектонических карт, выпущенных в 1901 и 2001 гг.

, будут колоссальными, но это, разумеется, никак не будет связано с реальным масштабом изменений литосферы Земли. Существенные различия будут наблюдаться на тех физико-географических картах, которые в наибольшей степени отражают человеческую деятельность. Примеры — карта лесов, карта величины речного стока, экологические карты и др.

Все же наиболее «подвижными» во времени необходимо признать карты, передающие состояние объектов экономической и социальной географии. Даже за десятилетие могут ощутимо измениться карты плотности населения, этнического состава, карты различных отраслей хозяйства.

Все эти изменения безусловно важны и накладывают заметный отпечаток на жизнь всего общества, однако крайнюю, порой жизненную важность имеют изменения политические, связанные с возникновением или, наоборот, угасанием и распадом государств, изменения, отображаемые на политических картах.

Вам предлагается найти некоторое количество различий между политическими картами, датированными первыми днями XX и XXI веков. С первого взгляда видно, что эта задача не столь трудна, как какая-нибудь головоломка, взятая из продвинутого логического практикума.

За столетие — в сущности миг в истории человечества — политическая карта изменилась весьма заметно: сильнее всего в Африке, Европе, Передней Азии, слабее — в Новом Свете, проявившем в этом отношении в прошедшем веке несвойственный ему консерватизм.

Важно

Хорошо известен реальный геополитический курьез, связанный с одним сельским жителем, весь свой век (совпавший с ХХ в.) прожившим в небольшой словенской деревушке. Ни разу не выбравшись за пределы своего сельского округа, этот человек смог поочередно побывать гражданином четырех разных государств: Австро-Венгрии
(до 1918 г.

), Югославии (1918—1940 и 1945—1991), Германии (1940—1945) и Словении (с 1991 г.). Да и в нашей стране люди, родившиеся до Октябрьской революции, могут с гордостью (или без оной) сказать о себе: «я гражданин трех стран».

Действительно, все те серьезные изменения, о которых мы здесь говорим, вполне могли пройти на глазах одного человека.

За последние сто лет политическая карта мира стала более дробной: 1 января 2001 г. на планете насчитывалось 227 самостоятельных политико-территориальных единиц (независимые государства и колониальные владения), тогда как ровно сто лет назад составных элементов политической карты мира было 199.

Увеличение произошло на всех континентах Земли, кроме Африки. Возможно, эту закономерность можно объяснить тем, что людей на планете стало жить в четыре раза больше (6 млрд в 2000 г. против 1,5 млрд в 1900 г.

), либо тем, что произошло существенное умножение материальных накоплений, достаточных для

существования большего числа политических единиц.

В конце ХХ в. независимых государств было в три раза больше, чем в его начале (соответственно 193 и 61). Основная часть политически суверенных стран мира* в 1901 г. располагалась в Европе (24 или 39%) и Америке (20 или 33%), ныне же — в Африке (28%), Азии (24%) и Европе (22%).

На колониальные и зависимые страны в 1901 г. приходилось 55% площади и 35% населения мира.

Эти территории были в подчинении 11 стран-метрополий: Великобритании (61,4% всей площади колониальных владений, 75,2% их населения), Франции (20,7 и 10,3%), Нидерландов (3,8 и 7,8%), США (3,6 и 1,8%), Испании (0,4 и 0,1%), Германии (4,9 и 2,5%), Португалии (3,9 и 1,6%), Италии (0,9 и 0,1%), Дании (0,4 и 0,02%), Японии (0,08 и 0,6%), России (0,006 и 0,06%)**. В 2001 г. шесть последних держав растеряли все последние осколки своих колониальных империй. Бывшие владения Великобритании — Австралия и Новая Зеландия — сами стали колониальными державами и остаются таковыми до сего дня. В наибольшей степени процессы деколонизации затронули Азию (в декабре 1999 г. здесь исчезла последняя колония — Аомэнь /Макао/) и Европу
(в 2001 г. сохранилась единственная крошечная колония — Гибралтар). Колониальных владений, за исключением небольших Сеуты и Мелильи, уже нет в материковой части Африки (в 1901 г. колониальным разделом было охвачено 83% пространства континента).

Существенные изменения произошли за последний век в распределении независимых государств по формам правления. В 1901 г. республиканский строй господствовал в 26 странах мира (43% независимых государств), 20 из них располагались в Америке (100% независимых государств континента), всего три (Франция, Швейцария и Сан-Марино) в Европе. Отдельные республики существовали также и

Совет

в Африке (Трансвааль, Оранжевая Республика и Либерия). Монархий в первый день ХХ в. в мире было 35 (21 в Европе, 10 в Азии, 4 в Африке). Шестеро правящих монархов (в России, Германии, Австро-Венгрии, Китае, Японии и Эфиопии) имели титул императоров, двадцать один — королей, пятеро — князей, один (Люксембург) — герцога, один (Турция) — султана, один (Иран) — шаха.

В 2001 г. в мире насчитывается всего лишь 30 монархий (16% государств мира). По 12 монархий расположены в Европе и Азии (Азия — единственный континент Земли, где сумели сохраниться абсолютные монархии — Бахрейн, Бруней, Катар, Оман, Саудовская Аравия, ОАЭ);
3 монархии (Марокко, Свазиленд, Лесото) лежат в пределах Африки; 1 (Тонга) — в Океании.

В начале ХХ в. федеративных государств в мире было немного. По сути дела, всем канонам классической федерации в 1901 г. соответствовали лишь Швейцария (имела федеративное устройство, хотя и официально именовалась конфедерацией, в 1901 г. включала 22 кантона) и США (тогда союз 45 штатов).

Федеративное устройство имели и две самоуправляющиеся части Британской империи — Канада (с 1867 г.) и Австралийский Союз (образовался как раз 1 января 1901 г.). Первая в то время состояла из семи провинций, вторая — из шести штатов. Федерациями были и ряд латиноамериканских государств: Бразилия, Мексика, Аргентина, Венесуэла.

В 2000 г. в мире насчитывалось 23 федерации, что составляло 12% от общего числа независимых государств мира (в 1901 г. — 10%). Европа и Америка на рубеже XX и XXI веков остаются регионами наибольшего распространения федерализма (по 6 федераций).

5 федераций располагаются в Азии (в том числе две экзотические федерации монархий — ОАЭ и Малайзия), 4 — в Африке, 2 — в Австралии и Океании.

Политическая карта — это своеобразный моментальный снимок политического устройства мира на тот или иной день.
В связи с этим политико-территориальные образования, отсутствовавшие в первые дни 1901 и 2001 гг., не будут отражены на наших картах.

Таким образом, из нашего поля зрения выпадут такие крупные и влиятельные государства, существовавшие бо’льшую часть XX в., как СССР или Чехословакия. А вот, например, Эритрея, добрую половину того же века входившая в состав Эфиопии (с 1952-го по 1993 г.

), на обеих этих картах представлена будет, как будто бы она и не прекращала своего существования.

Обратите внимание

Помимо политической принадлежности территории изменялись и государственные границы. Сопоставляя данные таблиц, отражающих политико-территориальное устройство мира на начала 1901 и 2001 гг.

, можно отметить лишь единичные примеры постоянства размеров территории той или иной страны (эта черта характерна главным образом для островных стран и территорий). Различия в размерах занимаемой площади порой варьируют в значительных пределах (примеры Бразилии, Эквадора, Индии).

Как правило, это связано с изменениями очертаний границ в результате войн, мирных договоренностей, а также увеличения площади суши за счет моря или внутренних водоемов (пример — Нидерланды).

В ряде случаев в пределы государственной территории были включены не имевшие ранее «хозяина» полярные территории (примеры Канады, России, Норвегии, Гренландии), что тоже существенно увеличило размеры приполярных стран. Нередко разница в оценках размера территории связана с неточностью геодезических методов ее определения в начале ХХ в.

За истекший век целый ряд стран мира поменяли расположения своих столиц. В каждом конкретном случае это происходило по разным причинам. Классические примеры переноса столиц в ХХ в. поставляют Россия (переезд советского правительства из Петрограда в Москву в 1918 г.

), Турция (маршрут миграции столицы Стамбул — Анкара, 1923 г.), Бразилия (Рио-де-Жанейро — Бразилиа, 1960 г.). Во многих странах политические центры подверглись переименованию. Совсем недавний пример — переименование в 1998 г.

столицы Казахстана Акмолы в Астану; годом ранее, кстати, столица была перемещена сюда из Алма-Аты***.

Другие подобные случаи — переименования административных центров ряда африканских колоний вскоре после получения ими государственной независимости: Форт-Лами в Нджамену (Чад), Солсбери в Хараре (Зимбабве), Лоренсу-Маркиш в Мапуту (Мозамбик), Леопольдвиль в Киншасу (Демократическая Республика Конго).

Какой станет политическая карта в XXI в.? Видимо, мы узнаем это не раньше, чем через несколько десятилетий. Возможно, поддавшись веяниям глобализации, политическое устройство мира станет менее дробным, число элементов мирового территориально-политического паззла сократится, что несколько облегчит страдания, связанные с их запоминанием, будущим поколениям школьников и студентов.

* Само понятие суверенной страны в начале ХХ в. было весьма размытым. В то время не существовало международного института, подобного Лиге Наций или ООН, подтверждающего (или нет) легитимность существования того или иного государства. Поэтому мы будем условно считать на 1 января 1901 г.

независимыми такие страны, как Болгария (номинально в составе Османской империи), Египет (с 1882 г. оккупирован Великобританией), Трансвааль и Оранжевая Республика (захвачены Великобританией в 1899—1902 гг.

Важно

во время англо-бурской войны), Либерия и Куба (фактически управлялись США), так называемое Независимое государство Конго (личное владение бельгийского короля Леопольда II).

** Фактически колониальной державой в 1901 г. была и Бельгия, полностью хозяйничавшая в номинально независимом Конго.

*** Подробнее о переносах столиц см.: Л.В. Смирнягин. Хорошо ли переносить столицы?//География, № 24/98, с. 10, 16; Хроника переноса столиц. Некоторые примеры/Подготовил Ю.А. Трифонов//Там же, с. 16. – Прим. ред.

Источник: http://geo.1september.ru/articles/2001/17/03

Ссылка на основную публикацию