Как юрий кнорозов расшифровал письменность индейцев майя?

Гений кабинетного ученого: как Юрий Кнорозов разгадал тайну майя, не покидая Ленинграда

Письменность американских индейцев майя больше похожа на комикс без слов, чем на привычный текст. Со стен, горшков, камней на читателя смотрят существа с жутковатыми гримасами в окружении причудливых фигур.

Вскрыть этот код пытались с первой половины XIX века, когда Жан-Франсуа Шампольон сумел расшифровать египетские иероглифы на Розеттском камне. Ему удалось это сделать, сопоставив одну и ту же надпись на трех языках.

Обратите внимание

Тексты майя сравнивать было не с чем, оттого задача перед учеными стояла труднее. Кто-то, как француз Леон де Рони, был близок к разгадке, но только и всего. Немецкий исследователь Пауль Шелльхас, отчаявшись, под конец жизни даже написал статью под названием «Дешифровка письма майя — неразрешимая проблема».

Эта статья попалась на глаза студенту исторического факультета МГУ Юрию Кнорозову. Его подстегнул вызов Шелльхаса: «Как это неразрешимая проблема? То, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим. С этой точки зрения неразрешимых проблем не существует и не может существовать ни в одной из областей науки!»

Интеллигентный хулиган

Азарт перед трудностями и непримиримость были в характере Кнорозова с самого детства. Он родился 19 ноября 1922 года в семье инженера, которого еще при царе отправили из Петербурга в Харьков строить железные дороги. Однако сам Кнорозов утверждал, что в действительности родился 31 августа. Он не отмечал этих дней рождений, но ожидал поздравлений два раза в год.

Кнорозовы были типичными русскими интеллигентами. Все их дети стали учеными, работая в разных областях науки. Двое стали докторами наук и лауреатами государственных премий, двое — кандидатами. Только сестра Галина, разрабатывавшая лекарственные препараты, не смогла защититься из-за того, что в Великую Отечественную войну находилась на оккупированной территории.

В детстве Юрий играл на скрипке, прекрасно рисовал, писал романтические стихи и избавлял соседей от болей «накладыванием рук».

При этом, вспоминая о своих школьных годах, Кнорозов не без удовольствия рассказывал о том, как его пытались исключить за плохое поведение.

Впрочем, выписка из аттестата свидетельствует, что школу он закончил с отличными оценками, а единственные четверки были по украинскому языку.

Юный Юра Кнорозов со скрипкой во время детского фестиваля в Харькове в 1932 году

В 1938 году Кнорозова по здоровью признали невоеннообязанным. Это сильно его угнетало, так как и отец и старшие братья — все были офицерами. В 1939 году Кнорозов поступил на исторический факультет Харьковского государственного университета, но успел окончить лишь два курса: грянула война.

Вместе с другими студентами его отправили в ополчение рыть окопы, но смысла в этом уже не было: немцы быстро наступали. Отец, руководивший эвакуацией заводов с Украины, уехал с последним эшелоном. Юрий же с трудом пробрался в родной поселок Южный, где им с матерью и сестрой пришлось жить в сарае.

Важно

Только в феврале 1943 года с наступлением советских войск Кнорозов вывел мать и сестру через линию фронта в сторону Воронежа. Он пришел в военкомат, но и тут, в разгар войны, его признали непригодным для военной службы. После этого Юрий отправился в Москву, нашел там отца и не без труда возобновил занятия на кафедре этнографии истфака МГУ.

Дом Кнорозовых в Южном, под Харьковом

Официально его темой был шаманизм. Но именно в это время он всерьез занялся дешифровкой письма майя, благо Ленинская библиотека с необходимой литературой находилась буквально в двух шагах от здания на Моховой.

Через год Кнорозова направили в учебку под Москвой, откуда он регулярно сбегал к сокурсницам, а демобилизовали лишь с окончанием войны.

Примерно в то время он и прочитал статью Шелльхаса о неразрешимой проблеме письма майя.

Расшифровка

Одновременно с Кнорозовым письменность майя пытались расшифровать в США, только глава американской школы майянистики Эрик Томпсон пошел по ложному следу и вдобавок запретил заниматься расшифровкой всем остальным.

Он безапелляционно и столь же безграмотно говорил: «Знаки майя обычно передают слова, изредка, может быть, слоги сложных слов, но никогда, насколько известно, не буквы алфавита».

Кнорозов думал по-другому, и Томпсон был ему не указ.

В университете Кнорозов перевел со староиспанского на русский язык «Сообщение о делах в Юкатане», книгу о жизни майя во время испанского завоевания, которую в 1566 году написал францисканский монах Диего де Ланда.

Считается, что в основу книги де Ланда положил труды индейца с европейским образованием по имени Гаспар Антонио Чи.

Кнорозов догадался, что индеец записывал майяскими знаками не звуки, а названия испанских букв, и что алфавит из 29 знаков в «Сообщении» — ключ к дешифровке непонятных письмен.

Сначала Кнорозову нужно было определить, что это вообще за письмо. Человечество придумало не так много способов записывать речь. Самый удобный — это алфавит, в котором каждый знак передает звук, как в русском. Алфавитное письмо состоит примерно из 30 знаков.

Другой способ — когда знак передает слог, как в индийской письменности деванагари. В слоговом письме обычно от 60 до 100 знаков. Третий тип — идеографическое письмо, где знак передает целое понятие.

Совет

Несмотря на то, что в самом скромном варианте оно содержит свыше 5000 знаков, им и поныне пользуются китайцы.

Образец письменности майя

У Кнорозова были на руках три довольно длинных рукописи майя. Он подсчитал, что в них всего 355 самостоятельных знаков, то есть письменность — слоговая, а точнее — фонетическая. Это не противоречило ни работам предшественников, ни записям Диего де Ланды.

Используя в качестве ключа алфавит Ланды, Кнорозову удалось прочесть некоторые знаки. Че-е — так в Мадридской рукописи записано слово «че», означающее дерево. Че-ле — «чель», радуга, имя богини Иш Чель. К’и-к’и — к’ик’ — шарики душистой смолы, ма-ма — так в Дрезденской рукописи записано имя божественного предка по имени Мам.

Я — кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости скакать по пирамидам

Со временем читаемых знаков становилось все больше, но это было только начало.

Дальше нужно было овладеть шрифтом и индивидуальным почерком писцов майя, чтобы распознать все варианты написания иероглифов, даже полустертые и искаженные.

После этого Кнорозов разделил корни и остальные части слов, а затем проанализировал, как часто повторяются и как сочетаются знаки, — это позволило выявить служебные слова, главные и второстепенные члены предложения.

На этом этапе Кнорозову уже не составило труда предположить общий смысл предложений. Правильна ли дешифровка, он проверял с помощью «перекрестного чтения». Суть в том, что по идее один и тот же знак одинаково читается в разных словах, эти слова связываются в осмысленные предложения, а те, в свою очередь, не противоречат всему тексту. Кнорозов нашел несколько подходящих примеров.

у-лу —> ул, «приходить»;

у-лу-ум —> улум, «индюк»;

ку-цу —> куц, «индюк»;

цу-лу —> цул, «собака».

Эти примеры зачастую подтверждала сопровождающая сцена, где был изображен индюк или собака.

Кабинетный ученый-пират

Юрий Кнорозов в молодости

Расшифровка письма майя растянулась на несколько лет. В это время Кнорозов защитил диплом по шаманству и собирался поступить в аспирантуру, но его не взяли ни в МГУ, ни в Институт этнографии.

Как и сестре Галине, Юрию припомнили, что в войну он и его семья находились на оккупированных врагом территориях.

Не смогли помочь даже его руководители, крупнейшие этнографы Сергей Толстов и Сергей Токарев.

Обратите внимание

Единственное, что удалось сделать, — это отправить Кнорозова в ленинградский Музей этнографии народов СССР. Как иронично заметил сам Юрий, он выбивал пыль из туркменских ковров.

Кнорозов поселился в музейной комнатке-пенале, а его соседом несколько месяцев до очередного ареста был ученый Лев Гумилев, сын Николая Гумилева и Анны Ахматовой.

Комнату Кнорозов превратил в маленькое личное царство, заняв пространство от пола до потолка прорисовками знаков майя. И еще, увы, бутылками — беда, которая преследовала его всю жизнь.

Именно здесь в начале 1950-х была завершена дешифровка. В 1955 году Толстов и Токарев организовали Кнорозову защиту диссертации. Молодому исследователю сразу присвоили докторскую степень, а в научном мире его начали почитать как гения и надежду страны. После этого Кнорозов продолжил работать в Кунсткамере, где остался до конца своей жизни.

Очень быстро о дешифровке узнали и за рубежом. В 1956 году академик Алексей Окладников добился разрешения для Кнорозова поехать на международный конгресс американистов в Копенгаген.

Доклад Юрия произвел сильное впечатление на собравшихся, а у всемогущего Эрика Томпсона, по его собственным словам, подскочило давление, как только до него дошла весть о нахальном русском.

Но сам Кнорозов и не подозревал, какую бурю ненависти вызвал его успех у главы американской школы майянистики, который сразу же понял, кому досталась победа.

Как это неразрешимая проблема? То, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим. С этой точки зрения неразрешимых проблем не существует и не может существовать ни в одной из областей науки!

Важно

Ни разу не побывав в Мексике, не выходя из кабинета, советский исследователь сделал то, чего не добились ученые, годами проводившие полевые исследования в Центральной Америке. Сам Кнорозов иронично замечал: «Я — кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости скакать по пирамидам».

Научные достижения Кнорозова в 1960-х оценивались в СССР на уровне успехов в освоении космоса, но слава его раздражала и мешала работать. Когда в очередной раз в Кунсткамеру приехали снимать сюжет про дешифровку, Кнорозов завязал как пират глаз бинтом и в таком виде предстал перед съемочной группой.

Работал Кнорозов без остановки. Перед собой он поставил много задач: чтение многочисленных текстов майя, дешифровка других систем письма, развитие связанных с головным мозгом теории сигнализации и фасцинации, а главной целью его исследований была системная теория коллектива.

В 1980-х Кнорозов добавил к своим темам еще одну — заселение Америки. Курильская гряда, по его мнению, была подступом к Берингии, пути, по которому предки индейцев пересекали обнажавшееся дно океана в сторону Нового Света. Согласно его гипотезе, континент начали заселять за 40 тыс. лет до н.э, то есть на 20 тыс.

лет раньше, чем все считали в то время. 

Долгое время Кнорозов считался невыездным. Ему оставалось лишь смеяться над тем, как создавались бесконечные комиссии насчет поездок в Мексику, и что все члены комиссий там уже побывали. Но в 1989 году случилось неожиданное — Кнорозова отпустили по приглашению президента Гватемалы.

Там его сводили к главным достопримечательностям, оставшимся от майя. До поездки, в которую он не верил до самого прилета, Кнорозов повторял, что все археологические места он прекрасно знает по публикациям.

Тем не менее он поднялся на пирамиду Тикаля и долго стоял один в раздумьях на самой вершине, не переставая курить.

В 1995 году Кнорозову вручили серебряный орден Ацтекского орла за исключительные заслуги перед Мексикой. Получив награду, он сказал по-испански: «Сердцем я всегда остаюсь мексиканцем».

Совет

После этого он несколько раз летал в эту страну по приглашению Национального института истории и антропологии. Там он посетил самые заветные места: Паленке, Бонампак, Йашчилан, Чичен-Ица, Ла-Вента, Монте-Альбан, Теотиуакан, Шочикалько.

Кнорозов не переставал удивляться, с каким почтением к нему относились простые мексиканцы.

Президент Гватемалы Винисио Сересо вручает Юрию Кнорозову Большую Золотую Медаль Президента

Великий ученый умер 30 марта 1999 года. Умер в одиночестве в коридоре городской больницы. На прощании собралась толпа, люди не помещались в тесном морге. Кнорозову очень нравилась Александро-Невская лавра, но похоронили его на Ковалевском кладбище. На холодное месиво из глины падал снег, кричали чайки.

Портрет Юрия Кнорозова с кошкой Асей, написанный парагвайским художником Карслосом Бедойя

Спустя пять лет, благодаря политику Сергею Миронову и Мезоамериканскому Центру им. Ю. В. Кнорозова, на могиле поставили памятник — стелу из белого известняка на невысокой ступенчатой платформе. На ней рельеф — Юрий Кнорозов с любимой кошкой Асей на руках, которую он как-то попытался записать в соавторы научной статьи.

В 2010 году Мезоамериканский Центр РГГУ открыл подразделение в столице мексиканского штата Юкатан. Спустя два года заработал и центр на территории Свято-Троицкого православного монастыря в Гватемале.

С этого времени на землях майя постоянно проводят международные исследования в рамках научной школы Кнорозова, а в гватемальском Университете Сан-Карлос появилась кафедра Юрия Кнорозова. Гватемальцы собираются посмертно присвоить Кнорозову звание почетного доктора.

Обратите внимание

А пока в Мексике откроют памятник — знакомую стелу, где ученый держит на руках любимую кошку.  

Галина Ершова

Источник: https://tass.ru/obschestvo/5015068

Советский ученый расшифровавший язык Майя Юрий Валентинович Кнорозов

Кнорозов и его апокалипсис.

Читайте также:  Как выйти из кризисной ситуации?

Кто смотрел фильм «Апокалипсис», наверное, помнят, что люди там говорили на странном языке, затем он переводился на английский, а уж потом на русский, и это не случайно.

Свой фильм «Apocalypto» (Апокалипсис) Мел Гибсон снимал на одном из современных диалектов, потому, что думал, что древний язык Майя не доступен для понимания.

В результате, люди близкие к этой теме, теме культуры Майя, весело смеялись, хотя фильм не давал к этому никаких предпосылок. Мэл Гибсон хотел быть правдивым, подчеркнутый натурализм своего «киноязыка» в фильме «Апокалипсис», он дополнил настоящим диалектом Майя.

Картина рекламировалась как историческая реконструкция, но Гипносу не поверили ни ученые, ни сами Майя. Индейские  общины Мексики, где живут 6 миллионов потомков тех Майя, даже обвинили его в расизме и обратились в суд. А ученые просто смеялись. 

Оказалось, Гибсон использовал современный Юкатекский язык, из группы языков Майя. Конечно, эти языки уже подверглись влиянию от Испанского, где-то поменялась лексика, где-то грамматика. Гибсон не знал, что настоящий язык Майя расшифрован. 

……1990 год, президент Гватемалы  вручает главную национальную награду, орден Ацтекского орла, странному старику – это Юрий Валентинович Кнорозов, человек который расшифровал древний язык загадочной цивилизации Майя. Благодаря Кнорозову мы можем читать эти иероглифы, как любой европейский алфавит, а ведь эта цивилизация равна древней Греции или Риму.

В начале 16 века от великой цивилизации остались, лишь разрозненные группы индейцев на севере полуострова Юкатан, заброшенные города и загадочные рукописи. Европейские миссионеры заставили индейцев писать латинскими буквами, так, секреты письма Майя были утрачены.

Единственным ключом к древней письменности оказался документ, составленный епископом Диего де Ланда. Эта таблица – соответствие знаков Майя буквам испанского алфавита.

Важно

Казалось бы, нужно просто подставить в место знаков Майя буквы латиницей  и тексты можно читать, но ключ почему-то не работал, знаки не складывались в осмысленный текст. Эту загадку и разгадал Юрий Кнорозов.

Однажды Кнорозову попадается в руки немецкая статья Пауля Шельхаса, о том, что дешифровка письма Майя – неразрешимая проблема? И Кнорозов заявляет, неразрешимых проблем не бывает. Для молодого азартного ученого неразрешимая проблема, все одно, что красная тряпка для быка.

Кнорозов сказал: «То, что придумано одним человечеством, может быть понято и другим». Про него говорили, не от мира сего, нелюдимый, не общительный, на стипендию покупал только книги, на еду одалживал, питался водой и хлебом, просто хрестоматийный образ гениального ученого.

После войны Юрий Кнорозов получил рабочее место в Петербуржской кунсткамере и буквально переехал в этот кабинет.

…..первый этап – это определение типа языка, типа письма, допустим письмо алфавитное, где 28-30-32 знака, где знак соответствует звуку.

В языке майя 354 знака – значит это не традиционный алфавит из букв, а алфавит из слогов, то есть каждому знаку соответствует слог, этого то епископ Диего де Ланда не знал, поэтому и ошибся.

Он диктовал индейцу звук, а тот записывал слог, например звук «эл» в испанском обозначается буквой в алфавите называемой «эле», епископ так и диктовал, а индеец записывал аж три слога, каждый из которых начинался с этих букв, э, эл, е. Кнорозов разгадал загадку, и теперь алфавитом епископа можно было пользоваться.

Юрий Кнорозов прочитал надписи на монументах, стелах  и в книгах. Вот что написано на панелях во дворцах Паленке, «Воссела  высокая правящая владычица, белая дама Гуакомайя, она была дева из небесного рода, покинувшего нас, Гуакомайя, орошавшего благие зерна в свое время». А вот о чем эти тексты, уже дело историков.

Все свои открытия Кнорозов делал, не выходя из кабинета, на места раскопок, за пределы советского союза, его не выпускали. В Мексике и Гватемале он побывал только в начале 90-х годов, в возрасте 70 лет, что бы собственными глазами увидеть то, чему посвятил всю жизнь, больше места в его жизни не нашлось ни для чего.

 

Расшифровывая Майя — Юрий Валентинович Кнорозов ( фильме интервью дает сам Юрий Валентинович)

Дешифровщик письма майя Юрий Валентинович Кнорозов скончался в 1999 году, на выставленной в коридор койке, в одной из городских больниц Петербурга, в полном одиночестве.

Источник: http://webznayka.ru/interes-fakty/znamenitye-lyudi/165-sovetskij-uchenyj-rasshifrovavshij-yazyk-majya-yurij-valentinovich-knorozov

Сказка о русском лингвисте Кнорозове, расшифровавшем письменность индейцев майя

Автор популярных научно-фантастических романов «Астровитянка», «Теория катастрофы» и «Возвращение астровитянки», доктор физико-математических наук Ник. Горькавый готовит к публикации сборник своих научных сказок под названием «Звёздный витамин».

Предлагаем вам первыми прочитать новую сказку из этой книги.

Юрий Валентинович Кнорозов (1922—1999).

Основатель советской школы майянистики, расшифровавший письменность индейцев майя, доктор исторических наук, кавалер ордена Ацтекского орла (Мексика) и Большой золотой медали (Гватемала).

Руины Паленке — древнего города майя, политического и культурного центра майя в III—XIII веках. Фото П. Андерсена. 2005 год.

Страницы из Дрезденского кодекса майя. Если вы думаете, что это древний комикс или сказочная история, значит, неправильно расшифровали книгу майя. Перед вами трактат по астрономии, в котором приведены очень точные наблюдения планеты Венеры.

Страница рукописи епископа де Ланды с записью «алфавита» майя.

Совет

Иероглифы майя, вырезанные в камне. Найдены в руинах Паленке. Выставлены в музее Паленке (Мексика).

Изображение царя Паленке, который правил в VIII веке нашей эры. Барельеф выставлен в музее Паленке (Мексика).

Барельеф из древнего города майя Яшчилана, соперничавшего и даже воевавшего с городом Паленке. Экспонат Британского музея. Справа — изображение леди Вак Тун, одной из жён короля Птицы-Ягуара IV.

В самой середине ХХ века жил в Петербурге молодой человек по имени Юрий Кнорозов. Был он лингвистом, специалистом по древним языкам.

А домом ему служила маленькая комнатка, заполненная книгами до самого потолка, в знаменитом петербургском музее — Кунсткамере.

Кнорозов разбирал музейные экспонаты, пострадавшие от недавней страшной войны, а в свободное время изучал странные рисунки древних индейцев майя.

Юрий заинтересовался их разгадкой, прочитав работу авторитетного немецкого исследователя Пауля Шелльхаса, заявившего, что письменность индейцев майя, создавших в экваториальных джунглях Америки поразительную тысячелетнюю цивилизацию, навсегда останется нерасшифрованной. Кнорозов не согласился с немецким учёным. Молодой лингвист воспринял проблему расшифровки письменности майя как личный вызов: каждая загадка должна иметь отгадку!

Конечно, капитулировать перед секретом индейских иероглифов нельзя, но как разгадать смысл этих странных округлых рисунков?

Обратите внимание

Судьба улыбнулась молодому учёному. В один прекрасный день Юрий нашёл среди старых книг, уцелевших от огня войны, два редчайших тома: «Кодексы майя», изданные в Гватемале, и «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланды.

История этих книг уходила корнями в далёкое и драматическое прошлое.

В 1492 году Христофор Колумб открыл Америку — новый континент, богатый золотом, землёй, людьми и разными диковинами. В Новый Свет хлынули испанские конкистадоры (см. «Наука и жизнь» № 9, 2009 г., c. 86).

Огромные государства инков и ацтеков рухнули под ударами дерзких пришельцев, закованных в металлические латы и скачущих на удивительных животных, называемых лошадьми. Ружья испанцев, которые рождали гром и убивали на расстоянии, казались индейцам орудием богов.

Вместе с солдатами в Америку прибыли католические монахи — обращать новые языческие народы в христианскую веру. Эти священники стали фактическими правителями новых земель.

На полуостров Юкатан, населённый индейцами майя — интеллектуалами доколумбовой американской цивилизации, испанцы высадились в 1517 году, но, в отличие от инков и ацтеков, майя упорно сопротивлялись завоевателям. Лишь тридцать лет спустя испанцы овладели Юкатаном, правда, сражения с непокорными индейцами в дальних провинциях продолжались ещё почти двести лет.

В 1549 году на Юкатан прибыл монах-францисканец Диего де Ланда. Он рьяно взялся искоренять язычество и ересь среди индейцев. Монаха возмущали принятые среди индейцев приношения в жертву богам живых людей. Он решительно насаждал христианскую религию, используя пытки и костры, на которых сжигали непокорных.

Цивилизация майя насчитывала четыре тысячелетия. У индейцев были своя письменность и даже библиотеки рукописных бумажных книг, называемых кодексами. Кодексы не имели переплёта и складывались гармошкой.

Де Ланда писал про индейцев майя:

«Эти люди употребляли также определённые знаки или буквы, которыми они записывали в своих книгах свои древние дела и свои науки.

По ним, по фигурам и некоторым знакам в фигурах, они узнавали свои дела, сообщали их и обучали.

Важно

Мы нашли у них большое количество книг с этими буквами, и, так как в них не было ничего, в чем не имелось бы суеверия и лжи демона, мы их все сожгли; это их удивительно огорчило и причинило им страдание».

Епископ Диего де Ланда, сжигая книги майя, которые рассказывали не только об истории и астрономии, но и об языческих богах, поступал в согласии со средневековыми обычаями церкви.

Архиепископ Мехико дон Хуан де Сумаррага складывал костры из рукописных книг ацтеков, испанский кардинал Хименеса велел сжечь 280 тысяч томов из библиотеки Кордовы, собранной арабами. Но история жестоко наказывает людей, сжигающих книги.

Века инквизиции закончились утратой влияния церкви.

Диего де Ланда практически уничтожил всю литературу индейцев майя. Сегодня в мире осталось всего три кодекса. Эти рукописные книги хранятся в мадридском, дрезденском и парижском музеях как бесценные реликвии.

Индейцы прятали от инквизиторов свои кодексы в гробницах и пещерах, но там их губил влажный экваториальный климат. Слипшиеся в известковые комки древние кодексы из индейских гробниц ещё ждут своих исследователей. Технологии будущего должны помочь раскрыть и прочитать хрупкие страницы. Эти непрочитанные книги смогут многое рассказать об интереснейшей древней культуре индейцев.

Диего де Ланду поразила цивилизация майя. Он вёл записи о нравах и обычаях майя и даже попробовал с помощью грамотных индейцев установить соответствие между испанским алфавитом и иероглифами майя, которые он принимал за буквы индейского алфавита. Записи Ланды нашёл в испанских архивах и опубликовал триста лет спустя французский исследователь Брассёр де Бурбур.

Книга, написанная епископом Ландой, и кодексы майя, избежавшие сожжения на кострах, разведённых по его же воле, вызвали ожесточённые споры среди современных лингвистов.

Ланда записал три десятка иероглифов майя в качестве букв алфавита, но исследователи вскоре поняли, что индейские иероглифы не могли быть буквами — их слишком много.

Совет

И хотя индейцев майя к ХХ веку уцелело немало, среди них не осталось никого, кто знал бы древнюю письменность и мог бы помочь учёным.

Главным специалистом в мире по расшифровке письменности майя считался Эрик Томпсон — американский учёный британ-ского происхождения. Он много сделал для раскрытия тайн цивилизации майя. Даже в свадебное путешествие они с женой отправились в американ-ские джунгли, верхом на мулах, выбрав маршрут так, чтобы попутно исследовать развалины древнего города майя.

Томпсон отвергал мысль о том, что иероглифы майя представляют собой буквы или слова. Он считал их символами, картинками, которые выражают идеи, а не звуки. Например, красный свет светофора — символ, который не соотносится со звуком. Его нельзя произнести, но, подобно иероглифам майя, он сообщает идею: идти через дорогу нельзя.

Символическая теория Томпсона превращала расшифровку иероглифов майя в практически невыполнимое дело — попробуйте достоверно догадаться, какой символический смысл вкладывали индейцы в каждый из многих сотен своих рисунков! Томпсон с большим пренебрежением относился к книге епископа Ланды: «Знаки, которые приводит де Ланда, — недоразумение, путаница, глупости… Можно растолковывать отдельные рисунки. Но вообще письменность майя никто и никогда не сможет прочитать!..»

Мало того, что теория Томпсона была ошибочна, она мешала расшифровке иероглифов майя ещё и тем, что учёный, будучи мировым авторитетом, не терпел в майянистике инакомыслящих. Случалось, выступит какой-нибудь лингвист против теории Томпсона — и вскоре оказывается безработным.

Но судьба Кнорозова от мнения Томпсона не зависела. Юрия не устраивала американская символическая теория, и он несколько лет ломал голову над разгадкой тайны рисунков майя.

Кнорозов засыпал в своей маленькой комнатке утомлённый дневной работой и размышлениями, и ему снился берег Карибского моря. Индейцы сидят у костров, что-то рассказывают друг другу, смеются. Юрий напряжённо вслушивается в их речь, пытаясь различить знакомые слова, — и не может.

Как ему хотелось попасть в страну майя и побродить среди развалин индейских храмов! Казалось, сама древняя земля индейцев подскажет всё время ускользающий ключ к расшифровке индейских иероглифов. Но мечта о поездке в Центральную Америку была в те времена совершенно несбыточной.

Молодому учёному приходилось пользоваться тем, что было в его распоряжении.

Обратите внимание

Кнорозов внимательно изучил книгу Ланды. Монах старательно записывал факты, но почему же он так напутал с алфавитом майя? Да потому, что был малообразованным человеком и вряд ли имел представление о других видах письменностей. К тому же, пробуя соотнести иероглифы майя с хорошо знакомым латинским алфавитом, де Ланда привлёк в помощники индейцев.

Читайте также:  Как сделать каждое утро неповторимым?

Молодой исследователь представил себе, как это было. Он словно услышал разговор двух людей: одного — смуглого и полуголого, другого — бледного, в тёмной глухой одежде.

— Вот испанский алфавит… — епископ произносит вслух названия первых букв латинского алфавита. — Теперь напиши мне знаки вашего языка, соответствующие этим буквам!

Индеец майя угрюмо слушает монаха. Он ненавидит епископа-пришельца, который беспощадно уничтожает книги и культуру его народа. Индеец понимает, что епископ требует невыполнимого — у майя нет трёх десятков букв, из которых можно составлять слова, как это делают европейцы.

Усмехнувшись, индеец выполняет требование епископа на свой лад. Он прислушивается к названиям латинских букв и записывает тот иероглиф майя, который звучит примерно так же, как звуки, вылетающие изо рта епископа, — каждая буква любого алфавита при назывании превращается в слог: буква К — в «ка», а буква Л — в «эль». Вот индеец и привёл наи-более близкие к звучанию этих слогов
иероглифы.

— Хорошо! — хвалит епископ своего помощника, который мысленно над ним потешается. — Теперь напиши какую-нибудь фразу.

Помощник выводит: «Я не могу».

Мы никогда не узнаем, что имел в виду индеец майя — невозможность выполнить требования епископа либо объяснить ему принципы языка майя, или эти слова выражали просто крайнюю усталость…

Кнорозов словно очнулся ото сна. Он понял, что индеец передал иероглифами звучание названий латинских букв! Тем самым он послал сообщение через века — вот так произносятся некоторые иероглифы майя.

Звуки речи или фонетика — вот ключ к разгадке письменности майя, и он хитро скрыт в книге недалёкого варвара Ланды.

Тем самым книга хоть частично восполняет тот урон, который неистовый монах нанёс мировой культуре, сжигая бесценные книги древней цивилизации.

Важно

Кнорозов опубликовал статью, в которой предложил новый принцип расшифровки иероглифов майя. Молодой учёный обосновал идею, что иероглифы майя можно читать вслух.

Каждый из них соответствует не предмету или букве, а отдельному слову или слогу, а из слогов можно составить множество слов, обозначающих оленя, собаку, дом или имя друга. Эти слова можно произнести, можно спеть, выкрикнуть или шепнуть.

Звучание их можно сопоставить с тем языком, на котором говорят современные майя. Помогло расшифровке и то, что Юрий знал слово «какао»: на фреске майя индеец
держал чашку с какао и она была подписана иероглифами.

Теория русского лингвиста вызвала бурю негодования у Томпсона. Работа Юрия Кнорозова обесценивала труд всей жизни американского исследователя — только что выпущенный каталог с полным собранием иероглифов майя и их интерпретацией как символических рисунков.

Между двумя учёными разгорелась ожесточённая полемика на страницах научных журналов.

За ней пристально следили другие исследователи, ломавшие голову над индейскими иероглифами, найденными не только в бумажных кодексах, но и на каменных руинах сотен городов майя в джунглях Юкатана.

Томпсон спорил не только с Кноро-зовым — в среде американских исследователей он, будучи авторитетом номер один, тоже старательно выпалывал ростки инакомыслия. Но истина всегда побеждает.

Кнорозов подготовил кандидатскую диссертацию о расшифровке письменности майя. Работа была настолько впечатляюща, что молодому учёному присвоили звание не кандидата, а сразу доктора наук. Его теория давала способ прочтения любых текстов майя, превращала расшифровку индейской письменности в реальность.

Совет

Постепенно даже американские сотрудники Томпсона признали справедливость трактовки русского учёного. Исследователь индейских городов Татьяна Проскурякова с помощью метода Кнорозова сумела прочитать иероглифы, найденные на каменной стене в древнем городе Паленке. Они оказались жизнеописанием правителей майя.

К Юрию Валентиновичу Кнорозову пришло мировое признание: в России он получил Государственную премию, президент Гватемалы пригласил его посетить земли древних индейцев и вручил Большую золотую медаль, а президент Мексики наградил русского учёного серебряным орденом Ацтекского орла — высшей наградой для иностранцев. Но важнее всего было то, что сбылась мечта Кнорозова — он своими глазами увидел страну древних майя. Сидя на берегу тёплого моря под шелестящими пальмами, учёный смотрел на южные звёзды и был счастлив.

Томпсон, не соглашавшийся с теорией Кнорозова, написал коллегам гневное письмо, в котором предрёк, что к 2000 году его символическая трактовка иероглифов майя полностью победит фонетическую теорию Кнорозова.

Письмо было опубликовано в 2000 году, уже после смерти Томпсона и Кнорозова, но к этому времени все учёные мира признали правоту русского лингвиста, который вернул язык онемевшей цивилизации майя — грандиозной и уникальной.

Благодаря труду Кнорозова мы узнали имена реальных людей, живших тысячелетия назад: художников и скульпторов, императоров и жрецов.

Древние индейцы выращивали урожай, разгадывали тайны небосвода, защищали родные города от врагов (см. «Наука и жизнь» №№ 10, 11, 2010г.).

Они заслужили своё право остаться в истории мира, и помог им в этом тысячелетие спустя один молодой человек, живший в тихой музейной комнатке в Санкт-Петербурге.

***

Индейцы майя — жители Центральной Америки. Высокоразвитая цивилизация майя, зародившаяся за две тысячи лет до нашей эры, достигла значительных высот в архитектуре, математике, астрономии и литературе. Просуществовала до прихода испанских и португальских завоевателей Нового Света — конкистадоров (конец XV — начало XVI века).

Инки — индейцы Южной Америки. Крупнейшая Инкская империя (XI—XVI века) располагалась на западном побережье Южной Америки и насчитывала 20 миллионов подданных. В 1572 году государство инков уничтожили испанские конкистадоры.

Ацтеки — народ Центральной Америки численностью 1,5 миллиона человек. Они образовали мощную Ацтекскую империю, достигшую расцвета в XIV—XVI веках. Называли себя «мешика» — откуда произошло современное «мексиканец». На месте древней столицы ацтеков Теночтитлана сейчас располагается Мехико — столица Мексики.

Пауль Шелльхас (1859—1945) — известный немецкий лингвист и исследователь цивилизации майя.

Диего де Ланда (1524—1579) — второй епископ Юкатана. Автор рукописной книги «Сообщение о делах в Юкатане» (1566), которая содержит много важных сведений о цивилизации майя. Сжёг практически все рукописные книги майя.

Брассёр де Бурбур (1814—1874) — французский историк и лингвист, в 1862 году обнаруживший в архивах Мадрида рукопись книги де Ланды и опубликовавший её.

Эрик Томпсон (1898—1975) — англо-американский археолог и лингвист. Известный исследователь индейских цивилизаций Центральной Америки и основатель американской школы майянистики.

Татьяна Проскурякова (1909—1985) — американский археолог и лингвист, исследователь культуры майя. Родилась в России, в Томске. Специально приезжала в Россию, чтобы встретиться с Юрием Кнорозовым.

Детальное описание иллюстрации

Источник: https://www.nkj.ru/archive/articles/18953/

Юрий Кнорозов: как советский ученый расшифровал письменность майя

В романе Дмитрия Глуховского «Сумерки», посвященном апокалиптическим пророчествам индейцев майя, упоминается исследователь Юрий Кнорозов. Это вовсе не вымышленное лицо. Советскому историку, этнографу и лингвисту в свое время действительно удалось расшифровать смысл ряда текстов, оставленных таинственной индейской цивилизацией

Учеба и война

Юрий Валентинович Кнорозов родился 19 ноября 1922 года (по его собственному утверждению, настоящей датой рождения было 31 августа) в поселке Южный под Харьковом.

Мальчик еще в школе проявил способности к естественным и гуманитарным наукам. Он играл на скрипке, писал стихи и рисовал.

Окончив семь классов железнодорожной школы в поселке Южный, Юрий поступил на рабфак при Втором харьковском медицинском институте, а затем на исторический факультет Харьковского университета. Будучи еще студентом, он заинтересовался письменностью индейцев майя, пытался расшифровывать их тексты.

Но учебу прервала война.

На фронт Кнорозова не взяли по состоянию здоровья и в сентябре 1941 года направили в Черниговскую область на строительство оборонительных сооружений. В 1943 году он перевелся на истфак Московского государственного университета и продолжил обучение на кафедре этнографии.

Обратите внимание

Однако в марте 1944-го Кнорозова все-таки призвали в армию. Победу он встретил телефонистом 158-го артиллерийского полка резерва Верховного главнокомандования под Москвой, был награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.».

Существует легенда о том, что Кнорозов участвовал во взятии Берлина. Однако это неправда.

Тем не менее в руки к Кнорозову попали две книги, оказавшиеся очень важными для его дальнейших исследований, — «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланда и «Кодексы майя» из эвакуированной берлинской библиотеки.

Сложности научной карьеры

После демобилизации Кнорозов вернулся в университет.

Еще в 1947 году он завершил работу над диссертацией, посвященной алфавиту де Ланды — испанского епископа XVI века, прославившегося сожжением аутентичных майянских текстов.

Одна из копий труда де Ланды была обнаружена в 1862 году в библиотеке Мадридской королевской академии Шарлем-Этьеном Брассёром де Бурбуром.

На протяжении многих лет ученые предпринимали попытки расшифровать тексты майя, опираясь на данные де Ланды, однако все они оказались безуспешными. [С-BLOCK]

Несмотря на готовую диссертацию, путь в аспирантуру для Юрия Кнорозова оказался закрыт, поскольку его родственники во время войны находились на оккупированной территории.

Переехав в Ленинград, молодой выпускник устроился в Музей этнографии народов СССР. Параллельно с музейной работой он пытался дешифровать тексты майя.

К 1952 году он составил каталог иероглифов из сохранившихся кодексов майя и дал их фонетический анализ.

В августе 1953 года Кнорозову удалось перевестись в Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамеру). 29 марта 1955 года он успешно защитил диссертацию на тему «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланды как этно-исторический источник».

Важно

По итогам доклада, длившегося всего несколько минут, соискателю была присуждена сразу докторская степень. Советский исследователь сделал то, что так долго не удавалось ученым самых разных стран, даже проводившим исследования в Мексике, на родине майя.

Впрочем, в Мексику Кнорозова и не пустили бы — он был «невыездным».

В 1975 году был опубликован полный перевод иероглифических текстов майя. В 1977 году Кнорозов был удостоен за эту работу Государственной премии СССР.

Мировое признание

Лишь в 1990 году ученому наконец удалось побывать в Латинской Америке по приглашению президента Гватемалы Винисио Сересо Аревало.

Ему вручили Большую Золотую медаль президента Гватемалы, а в 1995-м в мексиканском посольстве в Москве он был награжден орденом Ацтекского орла, который вручается правительством Мексики иностранным гражданам за исключительные заслуги перед страной.

Также он стал почетным членом Мадридского общества по изучению майя и членом Национального географического общества США. [С-BLOCK]

Скончался Юрий Валентинович Кнорозов 30 марта 1999 года от инсульта и последовавшего за ним отека легких. Несмотря на научные заслуги, последние часы жизни ему пришлось провести в полном одиночестве на койке, выставленной в больничный коридор. Похоронили ученого на Ковалевском кладбище под Санкт-Петербургом.

В 2012 году в Канкуне (Мексика) был установлен памятник Юрию Кнорозову работы скульптора Григория Потоцкого. А в 2016-м именем ученого назвали одну из улиц Харькова.

Источник: https://news.rambler.ru/other/41470174-yuriy-knorozov-kak-sovetskiy-uchenyy-rasshifroval-pismennost-mayya/

Юрий Кнорозов

В романе Дмитрия Глуховского «Сумерки», посвященном апокалиптическим пророчествам индейцев майя, упоминается исследователь Юрий Кнорозов. Это вовсе не вымышленное лицо. Советскому историку, этнографу и лингвисту в свое время действительно удалось расшифровать смысл ряда текстов, оставленных таинственной индейской цивилизацией

Учеба и война

Юрий Валентинович Кнорозов родился 19 ноября 1922 года (по его собственному утверждению, настоящей датой рождения было 31 августа) в поселке Южный под Харьковом.

Мальчик еще в школе проявил способности к естественным и гуманитарным наукам. Он играл на скрипке, писал стихи и рисовал.

Окончив семь классов железнодорожной школы в поселке Южный, Юрий поступил на рабфак при Втором харьковском медицинском институте, а затем на исторический факультет Харьковского университета.

Совет

Будучи еще студентом, он заинтересовался письменностью индейцев майя, пытался расшифровывать их тексты. Но учебу прервала война.

На фронт Кнорозова не взяли по состоянию здоровья и в сентябре 1941 года направили в Черниговскую область на строительство оборонительных сооружений.

В 1943 году он перевелся на истфак Московского государственного университета и продолжил обучение на кафедре этнографии. Однако в марте 1944-го Кнорозова все-таки призвали в армию.

Победу он встретил телефонистом 158-го артиллерийского полка резерва Верховного главнокомандования под Москвой, был награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.».

Существует легенда о том, что Кнорозов участвовал во взятии Берлина. Однако это неправда. Тем не менее в руки к Кнорозову попали две книги, оказавшиеся очень важными для его дальнейших исследований, — «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланда и «Кодексы майя» из эвакуированной берлинской библиотеки.

Сложности научной карьеры

После демобилизации Кнорозов вернулся в университет.

Еще в 1947 году он завершил работу над диссертацией, посвященной алфавиту де Ланды — испанского епископа XVI века, прославившегося сожжением аутентичных майянских текстов.

Одна из копий труда де Ланды была обнаружена в 1862 году в библиотеке Мадридской королевской академии Шарлем-Этьеном Брассёром де Бурбуром.

На протяжении многих лет ученые предпринимали попытки расшифровать тексты майя, опираясь на данные де Ланды, однако все они оказались безуспешными.[С-BLOCK]

Обратите внимание

Несмотря на готовую диссертацию, путь в аспирантуру для Юрия Кнорозова оказался закрыт, поскольку его родственники во время войны находились на оккупированной территории.

Переехав в Ленинград, молодой выпускник устроился в Музей этнографии народов СССР. Параллельно с музейной работой он пытался дешифровать тексты майя.

К 1952 году он составил каталог иероглифов из сохранившихся кодексов майя и дал их фонетический анализ.

В августе 1953 года Кнорозову удалось перевестись в Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамеру). 29 марта 1955 года он успешно защитил диссертацию на тему «Сообщение о делах в Юкатане» Диего де Ланды как этно-исторический источник».

По итогам доклада, длившегося всего несколько минут, соискателю была присуждена сразу докторская степень. Советский исследователь сделал то, что так долго не удавалось ученым самых разных стран, даже проводившим исследования в Мексике, на родине майя.

Впрочем, в Мексику Кнорозова и не пустили бы — он был «невыездным».

В 1975 году был опубликован полный перевод иероглифических текстов майя. В 1977 году Кнорозов был удостоен за эту работу Государственной премии СССР.

Мировое признание

Лишь в 1990 году ученому наконец удалось побывать в Латинской Америке по приглашению президента Гватемалы Винисио Сересо Аревало.

Ему вручили Большую Золотую медаль президента Гватемалы, а в 1995-м в мексиканском посольстве в Москве он был награжден орденом Ацтекского орла, который вручается правительством Мексики иностранным гражданам за исключительные заслуги перед страной.

Также он стал почетным членом Мадридского общества по изучению майя и членом Национального географического общества США.[С-BLOCK]

Важно

Скончался Юрий Валентинович Кнорозов 30 марта 1999 года от инсульта и последовавшего за ним отека легких. Несмотря на научные заслуги, последние часы жизни ему пришлось провести в полном одиночестве на койке, выставленной в больничный коридор. Похоронили ученого на Ковалевском кладбище под Санкт-Петербургом.

В 2012 году в Канкуне (Мексика) был установлен памятник Юрию Кнорозову работы скульптора Григория Потоцкого. А в 2016-м именем ученого назвали одну из улиц Харькова.

Предыдущая записьНазадСледующая записьДалее

Юрий Кнорозов: как советский ученый расшифровал письменность майя

Источник: http://homad.ru/yurij-knorozov-kak-sovetskij-uchenyj-rasshifroval-pismennost-majya/

Индейский код: в Мексике открыли памятник советскому учёному, расшифровавшему письмена майя

В мексиканской Мериде открыли памятник советскому историку и этнографу Юрию Кнорозову, который разгадал одну из основных загадок в истории Америки — расшифровал иероглифы майя. Это уже второй монумент российскому учёному в Мексике.

При жизни ему была вручена высшая награда страны, которой может быть удостоен иностранец, — Орден Ацтекского орла. По словам экспертов, для мексиканцев Кнорозов — почти национальный герой, а его труды оказали серьёзное «влияние на самосознание жителей Латинской Америки».

Как, не выезжая из СССР, Кнорозов смог прочитать письмена древней индейской цивилизации — в материале RT.

11 марта в мексиканском городе Мерида была установлена стела с рельефным изображением советского историка и этнографа Юрия Кнорозова, держащего на руках свою «ассистентку» — кошку Асю.

Памятник стоит у входа в конгресс-центр Siglo XXI, рядом с Большим музеем мира майя. Первый монумент учёному в Мексике был открыт в 2012 году в Канкуне.

По словам экспертов, в стране существует своеобразный культ российского учёного, который расшифровал иероглифы майя и тем самым вернул мексиканцам их историю.

Загадки майя

Цивилизация индейцев майя оставила после себя множество вопросов.

Проживая в не самых благоприятных условиях — среди тропических лесов и болот Мезоамерики (на территории современных Гватемалы, Белиза, Гондураса и южной Мексики), — предки майя смогли освоить земледелие и ткачество, а затем основать собственные города, построить здания высотой с современные небоскрёбы и достичь потрясающих успехов в астрономии, математике и медицине. Они возводили обсерватории, знали о существовании шести планет Солнечной системы, ввели достаточно точный календарь, проводили трепанацию черепа и использовали анестезию при хирургических операциях.

Расцвет цивилизации майя пришёлся на III—IX столетия нашей эры. В это время были построены несколько городов-государств, конкурирующих друг с другом. Население обычного майяского мегаполиса насчитывало свыше 10 тыс. человек, что превышало число жителей в среднестатистическом европейском городе того же времени. Между городами существовала развитая сеть дорог (сакбе), мостов и станций.

Также по теме

«Матрёшка» древних майя: в храме Кукулькана нашли вторую внутреннюю пирамиду

В течение 70 с лишним лет учёные предполагали, что храм индейцев майя на юго-востоке Мексики возведён над более ранним строением,…

Совет

Однако в IX веке цивилизация майя по неизвестной причине начала приходить в упадок. Население государств стремительно сокращалось, прекратилось возведение каменных сооружений, жители покидали один город за другим. К моменту прихода в Америку европейцев майя сохранили лишь тень былого величия. Однако они передавали из поколения в поколение книги, скульптуры и другие памятники своей истории.

Такая верность «языческим» традициям вызывала раздражение у прибывших в Америку вместе с испанскими конкистадорами представителей католического духовенства.

Епископ полуострова Юкатан Диего де Ланда учредил на юге Мексики инквизицию, а в 1562 году устроил аутодафе, отправив в костёр все книги и памятники культуры майя, которые смог собрать. При этом именно де Ланда стал автором одного из ключевых письменных источников по истории центральноамериканских индейцев.

Сжигая памятники майя, де Ланда одновременно писал свой труд под названием «Сообщения о делах на Юкатане», в который включил, помимо всего прочего, записанный со слов индейцев алфавит майя.

В отличие от многих других исчезнувших цивилизаций, майя оставили после себя прямых потомков.

Сегодня в Мексике и в прилегающих к ней государствах проживает свыше 6 млн прапраправнуков строителей майяских дворцов и пирамид.

Однако долгие годы они не могли прочесть немногочисленные книги, пережившие аутодафе де Ланды, и разобрать надписи на стенах майяских дворцов и храмов. Не могли — пока за дело не взялся Юрий Кнорозов.

«Колдовская травма»

Будущий дешифровщик письменности майя родился в 1922 году в городке Южный под Харьковом. В семье помимо Юрия было ещё четверо детей. Все они впоследствии стали учёными.

Кнорозовы-старшие старались развивать своих наследников ещё с младенчества.

Сам Юрий в шутку говорил, что его способности проявились после полученного случайно в пять лет удара крокетным шаром по голове — «колдовской травмы». 

Кнорозов прекрасно учился, разбирался в музыке, писал стихи и великолепно рисовал.

Четвёрки отличник Юрий получал только по украинскому языку — это простительно для молодого человека, который всегда будет подчёркивать, что родился и вырос в семье русских интеллигентов.

Обратите внимание

После окончания школы и рабфака он поступил на исторический факультет Харьковского университета, где, по воспоминаниям сокурсников, тратил всю свою стипендию на покупку книг и жил буквально на хлебе и воде, зачастую занимая деньги у товарищей.

Учёбу прервала Великая Отечественная война. По состоянию здоровья Кнорозов был признан негодным к строевой службе, поэтому участвовал в строительстве оборонительных сооружений. После освобождения Харькова Кнорозов был эвакуирован и некоторое время работал учителем в Воронежской области, оформив одновременно перевод из Харьковского университета на истфак МГУ.

Также по теме

Загадка Гёбекли-Тепе: о чём свидетельствуют находки в древнейшем храме человечества

В храмовом комплексе Гёбекли-Тепе на юго-востоке Турции археологи обнаружили человеческие черепа, украшенные ранее неизвестными…

В 1944 году Юрия всё-таки призвали в армию.

Много лет спустя родится легенда, что он якобы штурмовал Берлин и лично вывез из Германии книги, позволившие ему расшифровать письмена мезоамериканских индейцев («Сообщения о делах на Юкатане» и «Кодексы майя»).

Но это не более чем легенда. В дни штурма столицы Третьего рейха Кнорозов служил связистом в одной из подмосковных частей. Откуда у него взялись эти уникальные книги — до сих пор остаётся загадкой.

Осенью 1945-го Кнорозов демобилизовался и продолжил учёбу.

Он интересовался Древним Востоком, Средней Азией и шаманизмом, на него возлагали большие надежды как на перспективного востоковеда, но судьба бросила ему вызов, который Кнорозов не смог проигнорировать.

Он прочитал статью германского учёного Пауля Шелльхаса, в которой дешифровка письменности майя была названа неразрешимой проблемой. Молодой историк возмутился и заявил: «То, что создано одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим».

Кнорозов забросил изучение Средней Азии и погрузился в историю древних майя. В результате так и не взошедшей звезде востоковедения не дали даже направления в аспирантуру.

Важно

Кнорозов мог уехать преподавать историю в какую-нибудь сельскую школу, но на его защиту встал профессор Сергей Токарев, который, хоть и не верил в затею будущего майяниста, считал, что «молодость — это время бросать вызов».

С подачи Токарева Юрий Кнорозов стал младшим научным сотрудников Музея этнографии народов СССР в Ленинграде.

В тиши кабинета

На берегах Невы Кнорозов поселился в небольшой комнатушке при музее. Днём он приводил в порядок пострадавшие во время войны экспонаты, а ночью — нырял в глубины майяской лингвистики.

В это время в мировой индеанистике господствовали англичане и американцы, располагавшие лучшей базой майяского материала и утверждавшие, что каждый иероглиф майя является самостоятельным символом, не имеющим фонетического прочтения. Словарь де Ланды они считали ошибочным и всерьёз его не воспринимали.

А вот Кнорозов стал искать ключ к разгадке письменности майя именно в записях юкатанского епископа. И не прогадал.

Кнорозов насчитал в текстах трёх сохранившихся летописей майя (дрезденской, мадридской и парижской) 355 иероглифов.

Для букв-звуков это было слишком много, а для символов, имеющих некое законченное значение, — слишком мало. Количество иероглифов навело его на мысль о слоговом характере майяского письма.

Учёный попытался перечитать словарь де Ланды, предположив, что в нём зафиксированы не буквы, а слоги, — и процесс пошёл.

Первые успехи Кнорозова так впечатлили его наставников с истфака МГУ, что они добились перевода Юрия в 1953 году на более спокойную научную работу — в Кунсткамеру (сегодня это Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого).

Совет

Новость о выдающемся научном прорыве Юрия Кнорозова быстро разошлась по всему миру. У автора открытия стали спрашивать, как он смог дешифровать письменность древнего народа, даже не выезжая в Мексику. В ответ Кнорозов, словно жюльверновский Паганель, назвал себя кабинетным учёным и заметил: «Чтобы работать с текстами, нет необходимости лазать по пирамидам».

Достижения Кнорозова уязвили научное самолюбие лидера западных майянистов, англо-американского археолога Эрика Томпсона.

В 1957 году этот учёный (утверждавший, что письменность майя не имеет фонетического прочтения) заявил об ошибочности суждений Кнорозова и призвал своего молодого коллегу Майкла Ко решить, кто был прав, в 2000 году.

Майкл Ко выполнил просьбу Томпсона и в первый же день 2000 года ещё раз объявил научному сообществу о правоте советского исследователя.

В 1975 году был опубликован полный перечень доступных для перевода иероглифов майя, а в 1977-м Кнорозов за свои труды был награждён Государственной премией СССР. Выдающийся учёный не остановился на дешифровке письменности мезоамериканских индейцев.

Он использовал своё открытие для изучения истории и религии майя, а затем занялся разработкой методики дешифровки и других непрочитанных текстов, созданных представителями древних цивилизаций Инда и острова Пасхи.

Кроме того, он проводил исследования в сфере теории сигнализации и коммуникации, а также определил этапы заселения американского континента. Одну из своих работ Кнорозов написал, наблюдая, как его сиамская кошка Ася общается со своим котёнком по кличке Толстый Кыс.

Учёный даже указал Асю соавтором исследования и был очень недоволен, когда редактор вычеркнул её имя.

Обратите внимание

Долгие годы Кнорозов был практически невыездным: за границей он побывал всего один раз — на конференции в Копенгагене. И лишь в 1990 году у него появилась возможность лично ознакомиться с памятниками цивилизации, о которой он столько писал. Юрий Валентинович по приглашению президента Гватемалы Винисио Сересо Аревало смог посетить наиболее значимые памятники цивилизации майя.

За научные заслуги Кнорозову вручили гватемальскую Большую золотую медаль. Впоследствии учёный посетил также Мексику и США. 

Жизнь великого учёного прервалась в 1999 году. Он умер от вызванного инсультом отека лёгких на стоящей в коридоре койке одной из санкт-петербургских больниц. Близкие Юрия Валентиновича даже не знали, что с ним случилось, и три дня не могли его найти.

Открытие мирового значения

Юрий Кнорозов воспитал целую плеяду российских историков. Его именем назван учебно-научный мезоамериканский центр Российского государственного гуманитарного университета. В память об учёном в РГГУ проводятся Кнорозовские чтения.

«Чтобы осознать вклад Юрия Кнорозова в мировую науку, нужно оценивать сразу два направления в его работе.

Первое — это собственно исследование истории мезоамериканских индейцев, дешифровка письменности майя, с которой начался современный этап в изучении доколумбовых цивилизаций.

Второе — это его исследования, посвящённые древней письменности в целом», — пояснил в интервью RT сотрудник Учебно-научного мезоамериканского центра им. Ю.В. Кнорозова, доцент Дмитрий Беляев.

По словам эксперта, работая над расшифровкой письменных источников цивилизации долины Инда и жителей острова Пасхи, Кнорозов добился существенного прогресса в понимании структуры текста и структуры языка.

Методы, разработанные Юрием Валентиновичем, можно использовать при дешифровке различных не прочитанных ещё систем письменности.

Возможно, в глазах широкой общественности, это не такой яркий результат, как прочтение текстов майя, но для учёных его общетеоретические работы не менее важны, отмечает Беляев.

По словам эксперта, говоря о Кнорозове, важно помнить не только о его вкладе в советскую и мировую науку, но и о том «влиянии, которое он оказал на самосознание жителей Латинской Америки».

«Дешифровка письменности майя привела к росту национальной гордости у мексиканцев, гватемальцев. Кнорозов стал для них чрезвычайно уважаемой фигурой, почти национальным героем», — подытожил Беляев.

Источник: https://russian.rt.com/science/article/491069-pamyatnik-knorozov-istoriya-maya

Ссылка на основную публикацию